Вопрос: С давних пор люди медитируют во благо человечества, но, кажется, нет никаких явных признаков того, что человечество продвигается по верному пути. Вы чувствуете, что медитация может ускорить мировой прогресс?

Шри Чинмой: В первую очередь нам нужно начать с себя. Наш прогресс полностью зависит от зова нашего сердца. Если я как личность могу стать хорошим, божественным и совершенным в силу зова своего сердца и Божьей Милости, то, по крайней мере, один человек будет освобожден от рабства невежества. А если один человек искренне взывает и стремится к миру и совершенству, то вдохновение, устремление и внутреннее просветление этого человека будут спонтанно передаваться другим. Тогда они тоже вдохновятся стремиться к покою, и в конце концов весь мир будет залит покоем.
Но это долгий процесс. Нельзя получить ученую степень за день. На то, чтобы, в конце концов, получить ученую степень, могут уйти годы и годы. В духовной жизни также нужно много лет заниматься медитацией, чтобы достичь освобождения; иногда на это требуется много инкарнаций. Нужно величайшее терпение и настойчивость. Просто потому, что каждый день мы не можем позволить себе изысканнейшую пищу, мы не перестаем есть. Точно так же, просто оттого, что мы не можем каждый день сохранять покой ума, нельзя прекращать занятия медитацией и духовную практику. Если сегодня я не смогу достичь глубокого покоя, я буду точно так же стремиться к нему на следующий день. И я буду продолжать свои усилия, пока на меня не снизойдет благословение безграничного покоя.
Не зря Бог, наш сострадательный Отец, сотворил вселенную. Он и покой — это одно и то же. Они — как орел и решка одной монеты. Его Видение заключается в том, что все творение будет залито покоем. Поэтому мы не должны терять надежду. Если мы будем продолжать молиться и медитировать, настанет день, когда вместо внутренних и внешних конфликтов в этом нашем мире будут царить покой и восторг.
— 5 августа 1982 г.

 Вопрос: Когда мы медитируем, насколько мы являемся представителями человечества и насколько мы отвечаем за этот мир?

Шри Чинмой: У каждого ищущего есть свой собственный план сознания. Если у человека очень широкое и просветленное сознание, то он может чувствовать, что он является представителем большой части человечества. Чем выше поднимается человек, тем большую ответственность он чувствует за то, чтобы поднимать сознание человечества. С высшей точки зрения, Бог отвечает за все, а мы просто Его инструменты. Но если мы станем Его сознательными инструментами, то в меру нашей восприимчивости Он с огромной силой сможет действовать в нас и через нас. Именно через нас Бог будет осуществлять Свою Мечту.

 Вопрос: Когда я молюсь и медитирую, я чувствую поток любви и радости. Но потом я обнаруживаю, что все страдания мира, кажется, поднимаются во мне, и я чувствую себя виноватым за свою радость, когда кругом столько несчастных людей.

Шри Чинмой: Ваше сердце-единство чувствует страдания мира. Теперь вам нужно сделать следующий шаг и исполнить свою роль. Вы можете поделиться плодами своей медитации с теми, кто несчастлив. Представьте себе, что у вас есть манго. Съедите ли вы его сами или поделитесь с другими — зависит только от вас. Может быть, вам не захочется делиться, потому что оно такое вкусное; но потом вы будете жалеть об этом. С другой стороны, вы можете поделиться с близкими или с человечеством. И когда вы получаете покой, радость и блаженство из медитации, вы можете поделиться с другими в безмолвии. Иногда, может быть, они не воспользуются этим; внутренне они могут придраться к чему-нибудь и все отвергнуть. Но вы можете исполнить свою роль, предлагая другим покой и радость, которые получаете.
— Апрель 1978 г.

Вопрос: Можно ли сделать других счастливыми, если писать об этом, и поможет ли это им?

Шри Чинмой: Конечно! Люди могут получить значительную пользу, читая о вдохновляющих переживаниях других. Но я хочу сказать, что самый эффективный способ предлагать покой и радость — делать это внутренне. Когда мы молимся и медитируем, мы делаем это в безмолвии. Точно так же, когда мы хотим предложить плоды своей молитвы и медитации, это следует делать в безмолвии.
— Апрель 1978 г.

Вопрос: Некоторые люди озабочены тем, что медитация отвергает мир. Что Вы могли бы сказать по этому поводу?

Шри Чинмой: Эта теория совершенно неверна. Медитация ни от чего в жизни не отказывается и ничего не отвергает. Наоборот, настоящая медитация принимает все, что у нас есть и чем мы являемся. Медитациявсеобъемлюща; она не скажет нам отвергнуть общество и не пробудит в нас негативного отношения к чему-либо. Она не просит нас удалиться в Гималаи. Бог дал нам тело, витал, ум, сердце и душу, потому что в нас и через нас Он хочет проявить Свою Мечту, Он хочет осуществить Свой Замысел. Он создал нас как Свой собственный прототип. Как же мы можем думать об уходе от мира или об отвержении какого бы то ни было аспекта жизни? Если сегодня мы отвергнем тело, завтра витал, а послезавтра ум, что же останется?
Несмотря на наши собственные недостатки и недостатки мира, нужно принимать и себя, и мир. Сначала мы стараемся просветлить наши собственные недостатки. А потом, чувствуя единство со всем миром, мы пытаемся просветлить других и помочь им исполнить их предназначение.
— 5 февраля 1982 г.

 Вопрос: Как Вы считаете, деятельность и медитация противоречат друг другу, или Вы чувствуете, что они должны идти рука об руку?

Шри Чинмой: Внутренняя жизнь и внешняя жизнь идут рука об руку. Многие люди отрицают внутреннюю жизнь. Они чувствуют, что, пока они существуют на земле, внутренняя жизнь не имеет значения. С другой стороны, есть люди, которые считают, что нет необходимости во внешней жизни. Они чувствуют, что, раз внешняя жизнь настолько тягостна и полна непонимания, то лучше всего удалиться в Гималайские пещеры и вести там жизнь отшельника. Придерживаясь нашей философии, мы не верим ни в жизнь отшельничества, ни в обычную человеческую жизнь — так называемую современную жизнь, которая отрицает внутреннюю реальность души.
Мы чувствуем, что должен существовать синтез, гармония внутренней жизни и внешней жизни. Внешняя жизнь подобна прекрасному цветку, а внутренняя жизнь — это его аромат. Без аромата мы не сможем оценить цветок по достоинству. С другой стороны, какой может быть аромат, если нет цветка? Поэтому внешняя и внутренняя жизнь должны сочетаться.
— 26 октября 1982 г.

 Вопрос: Сколько вам было лет, когда вы начали медитировать?

Шри Чинмой: Я начал осознанно медитировать в одиннадцатилетнем возрасте. Когда мне было четыре-пять лет, я обычно молился каждый день, как это делают дети, — одну, две или три минуты. Но в одиннадцать лет я в полной мере осознал существование божественности и начал практиковать молитву и медитацию очень серьезно. И к тринадцати годам я медитировал по восемь часов в день.
— 5 января 1973 г.

 Вопрос: Я хотел бы узнать, чем молитва отличается от медитации.

Шри Чинмой: Различие между молитвой и медитацией в следующем: молитва — это что-то абсолютно интенсивное и воспаряющее ввысь, тогда как медитация — это нечто широкое и просторное, что в конце концов расширяет себя в Бесконечность. Когда мы молимся, мы чувствуем вибрацию от ступней ног до макушки головы. Сама природа молитвы — это достигать Бога посредством восхождения. Все наше существо призывает, взывает ввысь; все наше существование воспаряет ввысь, подобно вздымающемуся пламени. Молитва интенсивна и пылка; она обычно не расширяется. Даже если мы молимся Богу о человечестве, о целом мире, мы увидим, что восходим вверх. Но медитация расширяется; в сущности, медитация — это мгновенное расширение. Медитацияподобна крыльям птицы, она постоянно расширяется в покой, свет и восторг. Когда мы медитируем, мы видим, чувствуем и превращаемся в целую вселенную света и восторга.
Когда бы мы ни молились, в этом всегда присутствует тонкое желание или устремление к чему-то. Мы молимся о том, чтобы стать хорошими или получить что-то божественное, чего у нас пока нет, или чтобы освободиться от страха, опасности, сомнения и тому подобного. В молитве присутствует чувство того, что являешься, так сказать, божественным попрошайкой. Мы молимся, так как нуждаемся в чем-то. Даже если мы молимся о покое, свете и блаженстве, в этом все же есть определенное ощущение требования. Иногда у человека есть чувство “ты мне, я тебе”, и тогда молитва принимает соответствующую форму: “Я возношу Тебе свою молитву, Господь, а Ты, пожалуйста, сделай что-нибудь для меня взамен. Пожалуйста, спаси меня, помоги мне и исполни смысл моей жизни”.
Но в медитации такого не происходит. Мы просто бросаемся в безбрежное пространство — в море покоя и восторга, в Бесконечность — или приглашаем бесконечный Простор войти в нас. Мы просто позволяем себе осознанно войти в сияние света или призываем вселенский свет преобразовать наше невежество в мудрость. Устремленный человек, способный в своей медитации входить в более глубокие области Бесконечности или Вечности, не молится так, как это делается в церкви, в синагоге или в храме. В своей медитации он вступает в Божественное Сознание и оставляет всё в Руках Бога.
Здесь мы видим отношение истинного отречения. Во время медитации ищущий чувствует, что нет необходимости просить Бога о чем-либо, так как его божественный Отец точно знает, что ему нужно и когда ему это дать. Он позволяет Богу делать то, что является наилучшим для него, то, что позволит ему проявить Бога так, как Бог того пожелает. В глубочайшей медитации ищущий просто вступает в свой собственный бесконечный аспект. Он глубоко погружается в то, что у него есть: неразделимое единство со своим Вечным Отцом. Тогда именно от Отца зависит, когда сделать то, что лучше всего для него или дать ему то, что нужно. С другой стороны, спаситель Христос открыл людям высочайшую молитву, когда Он произнес: “Да будет Воля Твоя”. В этой молитве Он раскрыл и проявил высочайшее отречение.
— Сентябрь 1973 г.

 Вопрос: Как лучше всего молиться о других людях?

Шри Чинмой: Наилучший способ молиться о других — это прежде всего призвать Присутствие Всевышнего. Поскольку вы призываете Его Присутствие, Он, конечно же, придет в Своем тонком Теле. Его Присутствие может и не принять человеческой формы, и вы можете и не увидеть Его в человеческом теле. Но вы сможете почувствовать Его Присутствие; и в ваших чувствах воплотится некий образ. Постарайтесь почувствовать того человека или людей, о которых вы молитесь, внутри этого образа. Это будет самым эффективным способом помощи другим посредством молитвы.
Но прежде чем просить Всевышнего помогать другим, сначала спросите Его, нужно ли вам молиться о них. Иначе, возможно, вы будете молиться за других из простой привязанности. Если от Присутствия Всевышнего вы получаете послание или внутреннее чувство, что вам нужно молиться за какого-то конкретного человека, лишь тогда вы должны делать это. Иначе Всевышний, возможно, вообще не будет доволен вашей молитвой. Делая в этом мире что-то без Его Одобрения, Санкции или Разрешения, вы совершаете серьезную ошибку.
Предположим, человек очень болен. Вы можете подумать, что, если вы станете молиться за него, это будет хорошо. Но, возможно, Бог хочет, чтобы он получил этот опыт именно в данное время. Нужно понимать, что Бог бесконечно добрее любого человека. Если, исходя из своей человеческой привязанности, вы будете молиться Богу: “Излечи его, излечи его”, — возможно, вы встанете на Пути Бога и будете препятствовать духовному прогрессу этого человека. Поэтому всегда старайтесь узнать Волю Бога, прежде чем молиться о ком-то.
— 6 июня 1978 г.

 Вопрос: Как можно сделать свою молитву очень интенсивной?

Шри Чинмой: Молитву можно сделать очень интенсивной, обратившись к своему сердцу благодарности. Когда молитва приходит из сердца, нужно питать ее благодарностью. Если человек собирается совершить что-то важное или доброе, ему необходимо питание. Точно так же, если вы не будете питать свою молитву плодами благодарности, она не будет интенсивной.
В каждое мгновение дня вы получаете энергию от хороших мыслей или подвергаетесь атакам плохих мыслей. Хорошие мысли приходят к вам прямо от Всевышнего, и воля бросить вызов плохим мыслям и разрушить или просветлить их также приходит от Всевышнего. Он пребывает в вас как Воин, когда плохие мысли приходят и атакуют вас; и Он пребывает в вас как Отец Небесный, Возлюбленный Всевышний, когда приходят добрые мысли, чтобы просветлить вас. Таким образом, естественно, вы наполнитесь благодарностью к Нему.
Надо чувствовать благодарность за то, что Бог дал вам, а также за то, чего Он вам не дал. Все хорошее, о чем вы молились, Он дал вам; всего плохого, о чем вы молились, Он не дал вам. Надо быть благодарным и за то, и за другое. Если бы Он исполнил ваши приземленные желания, Он оказался бы вашим злейшим врагом. Но Бог исполнил только ваш чистый зов устремления. Значит, Он ваш лучший Друг.
— 6 июня 1978 г.

 Вопрос: Если Всевышний полностью осознаёт все наши нужды, зачем нужно молиться?

Шри Чинмой: Если мы получаем что-то благодаря своей молитве, это только увеличивает ценность полученного в нашей жизни. Можно сказать миру: “Я молился об этом. Вот почему я это получил”. Бог видит всё и готов давать нам без всяких условий. Но если внешне мы просим Его о чем-то, и Он дает нам это, то вся честь принадлежит нам. Ребенок говорит маме: “Я хочу есть”, и она кормит его. Тогда ребенок может сказать миру: “Смотрите, какие мы близкие. Вот какая у меня внутренняя связь с мамой!” Да, мать и сама покормила бы ребёнка, но тот факт, что он просит, а мать слушает его, приносит ребенку много радости. Это значит, что она полностью в его распоряжении.

Если на соревнованиях человек старается изо всех сил и пробегает всю дистанцию, он будет в восторге, когда директор пробега вручит ему награду. Он добежал с таким трудом. Поэтому он чувствует, что заработал эту награду. Бог может дать нам все без всяких условий, но мы не будем счастливы. Мы получаем большее удовлетворение, когда чувствуем, что совершили определенное усилие. Здесь исполнение нашей молитвы и есть эта награда.
С другой стороны, сам факт того, что нам надо просить у Бога о том, что нам нужно, означает, что мы чувствуем себя отделёнными от Него. Мы чувствуем, что Бог где-то в одном месте, а мы где-то еще. Мы никогда не думаем, что Он около нас или рядом с нами. Если бы мы чувствовали, что мы и Бог — это одно, тогда вопрос о молитве не возникал бы, так как наши нужды были бы Его нуждами.
Молитва усиливает нашу близость со Всевышним. Медитация же, с другой стороны, усиливает наше единство со Всевышним. Но перед тем, как стать единым целым, мы должны обрести чувство близости. Сначала надо почувствовать, что мы с Богом — близкие друзья; лишь после этого мы сможем осознать реальность нашего единства с Богом. Если мы будем молиться несколько секунд перед медитацией, то мы разовьем сокровенную связь со Всевышним. Затем, начав медитировать, мы сможем развить реальность нашего единства с Ним.
— 6 июня 1978 г.